Интервью с Патриком Бахом (часть 1)


В конце января, за полтора месяца до дня икс, в столице Швеции Стокгольме состоялась долгожданная презентация сюжетного режима Battlefield: Bad Company 2. К тому времени уже было запущено публичное бета-тестирование мультиплеера и вовсю шла работа над консольной демоверсией, однако об одиночном прохождении по-прежнему не было известно буквально ничего, что породило массу домыслов и слухов. «Страна Игр», конечно же, не осталась в стороне: ваш покорный слуга провел разведку боем (о результатах мы держали ответ перед читателями на видеодиске к прошлому номеру) и даже взял «языка». Знакомьтесь - старший продюсер Battlefield: Bad Company 2 Патрик Бах. В русском плену Патрику понравилось: в подаренном выпуске журнала он мгновенно отыскал свою игру и с удовольствием посмеялся над скриншотом на с.28. Контакт был установлен, и беседа потекла по-дружески непринужденно.

Можно ли сказать, что у шведских разработчиков какой-то особый подход к созданию видеоигр? Бывают игры французские, американские, японские. А бывают ли шведские? Как их отличить?
Швеция - небольшая страна, но у нас много хороших разработчиков - программистов, художников. Можно сказать, что мы, шведы, и в частности DICE, тратим много усилий, чтобы заставить наши игры отлично выглядеть. Так что даже если людям не нравится наша игра, им все же понравится, как она выглядит. Это, пожалуй, и можно назвать шведским подходом к разработке игр.

Когда ваши друзья или родственники спрашивают вас про вашу работу, что вы отвечаете? «Я делаю видеоигры»?
Д-д-д...да! *смеется* Это очень хороший вопрос, правда. Для многих ведь «делать видеоигры» - это нечто странное. Так что ответ зависит от того, кто именно спрашивает. Моя мама, например, не знает, чем именно я занимаюсь - я и впрямь «просто делаю игры». Как-то я пытался ей объяснить, но она в конце концов сдалась - мол, дада, конечно, здорово. Она просто рада, что у меня есть работа. А друзья - другое дело, многих очень впечатляет, что можно зарабатывать деньги, создавая видеоигры. Для них работа над видеоиграми - это привилегия. Особенно если речь идет о такой студии, как DICE, которая делает игры мирового уровня. А вот девушки, как правило, не в восторге. Но я им не вру, я честно сознаюсь: да, делаю видеигры. Некоторые считают меня гиком, другие думают, что моя работа клёвая - как повезет. Зато их бойфрендам я всегда по нраву!

Ну а в сами-то игры - ваши игры - мама пробовала сыграть?
Нет. Она вообще к видеоиграм ни разу не прикасалась. Мои игры она, конечно, видела, но только со стороны, ей это совсем не интересно. Мои друзья играют, мой брат играет, много играет. Мы с братом, на самом деле, давно в этой теме: в 1984 году, в детстве, даже сделали вдвоем игру для старого такого компьютера, ZX Spectrum. Так что брат точно знает, чем я занимаюсь.
ЛЯ любил «Спектрум», с удовольствием ¦ бы сыграл. Как она называется

О, нет! Нет-нет! *смеется* Мы не ради денег ее делали. Та наша игра никогда не была издана. Сами пытались игры делать и сами же пытались в них играть.

Ну хорошо, перейдем к Bad Company 2. Сценарий. Вы его пишете на английском или на родном языке?

На английском. В DICE работают люди из разных стран: из Румынии, США, Англии, отовсюду из Европы, поэтому мы стараемся общаться на каком-то одном языке, и обычно им оказывается английский.
русские у вас работают?
Были люди из Украины и Польши... но нет, русских у нас почему-то еще не было.

Так скажите же наконец, почему у вас в Bad Company именно русские плохие? Вам так нужно было использовать это клише?
На самом деле, да. Самый крупный видеоигровой рынок - Америка. Если бы мы сделали игру про шведов, американцы бы не поняли ничего. Голливуд приучил весь мир к тому, что большинство фильмов - американские; мы следуем этому тренду.

То есть все дело в том, что формула «плохие русские» лучше продается?
В какой-то степени да. Американцы хотят играть за американцев. Не за шведов или кого-то еще. И с этой позиции очень трудно выбрать для США достойного соперника. Американцы ведь первые же разозлятся, если противник будет слабенький. Если угодно, это вопрос баланса: нужно, чтобы обе сражающиеся армии были примерно равны в вопросах технологии, подготовки и всего такого. На самом деле, в нашей игре мы делаем русских даже посильнее американцев.